Настоящий Харран

До Ракки, столицы запрещенного даже на Луне Исламского государства, нам оставалось проехать каких-то сто километров, когда мы решили свернуть с дороги, и отправиться в гости к родственникам пророка Ибрагима, известного в его народе, как Авраам Авину. Я написал «Авраам Авину» — и сразу же вспомнилась мне старая уже байка про великого еврейского мыслителя Баруха Ашема — ведь наверняка найдется тот, кто прочитает, и подумает, что Авину — это «фамилие такое». В общем, барух-таки Ашем, отправились мы прямо в Харран.

Евгений Гришковец как-то рассказывал о том, как русский человек тратит большие деньги, приезжает в Лувр, и, глядя на Джоконду, заставляет себя чувствовать «прекрасное». При этом, конечно же, ничего прекрасного он в Джоконде не видит, но деньги уже уплачены, а потому он приказывает себе — «а ну чувствуй, чувствуй, я сказал!». Вот я чуть было не оказался в точно такой же ситуации в Харране.

Приехали. Это Арам-Нахараим? Да, Арам-Нахараим. Вокруг бибейские пейзажи? Да, пейзажи библейские. Авраам здесь жил? Да, он здесь жил, говорят, целых пятнадцать лет, хотя я считал, и у меня получалось около тридцати. Вон какое-то древнее строение, обнесенное оградой, а вон там дома в форме ульев, в которых до сих пор живут люди, и живут, надо сказать, неплохо. Есть крепость. Есть верблюды. Есть Сирия — практически через дорогу. И что? Пустота всего этого тоже — вот она, прямо здесь, у меня перед носом. Неудивительно, что Авраам отсюда сбежал, очертя голову, как только узнал о существовании Ханаана, ведь здесь самый настоящий Арам! Мы здесь пять минут, а мне уже кажется, что прямо сейчас к тебе подойдет Лаван, и начнет предлагать семилетний рабочий контракт за право смотреть на его бессмысленные святыни.

Но подошёл ко мне не Лаван, а туристический гид, которых нынче земля турецкая носит много, а обучает мало, но зато носит везде и всюду всё равно. — Салам-пополам эфенди, я здешний гид, и всё вам везде покажу — начал он довольно стандартно и скучно. Я такого натиска не люблю, а потому решил сразу отправить его в нокаут вопросом, которого он не ожидает. Это был даже не вопрос, а больше предположение: «твои предки, наверное, были арамейскими христианами, да?..» Но не тут-то было. Это каким наивным глупцом нужно было быть, чтобы думать, что турки ограничились всего лишь насильной исламизацией Арама-Нахараима, и успокоились на этом. Нет, только геноцид, только хардкор!

— Христиан в этих краях уже лет триста, как нет совсем, а нас переселили из Фаллуджи в Ираке, арабы мы. Видишь эти «ульи»? Их построили наши пра-пра-прадеды, в них прохладно летом и тепло зимой. Такие старинные кондиционеры.

— А Авраам здесь причем? — невпопад спросил я.

— А он тоже здесь жил! Правда, недолго. Но его свадьба с Сарой была тут!

— Да, я вижу, вон там возвышенность, где они ставили хупу!

— Что-что?

— Развалины, говорю, красивые!

— Это разрушенная мечеть Омейядов, а раньше здесь был вавилонский храм. Его и перестроили в мечеть.

— А почему тогда она разрушена?

— А, это Чингисхан. Монголы, варвары, сам понимаешь…

Гид, которого звали, как и полагается иракцу, Кальдун, то есть «Халдей», произнес эти слова, а потом осмотрелся — вдруг его услышали какие-нибудь симпатизанты Чингисхана, вокруг ведь Турция, мало ли…

Когда Кальдун, получив свою мзду, удалился восвояси, я стал думать о том, как же много сюрпризов прячет в себе этот проклятый Ближний Восток, как же он, погань такая, непредсказуем! Это же надо было приехать в Харран за Авраамом, а столкнуться с отголоском, фактически, древнего Вавилона, с этим Уром Халдейским, причудливо перетасованным и прикрашенным, а потом небрежно заброшенным в эти контрабандные места на краю земли, будто в попытке догнать безвозвратно ушедшую от нас эпоху…

Мне не было жаль покидать Харран, хотя я и мог бы провести там годы, сидя на перекрестке всех дорог мира, и размышляя над тем, куда идти дальше. Но, к счастью или к сожалению, мой дальнейший путь был известен мне заранее. Все эти мысли роились в моей голове, когда наша Хонда уже на всех парах мчала меня в куда более привычный мне мир — в мир кровавых флешбеков и райских грез, прохладной воды и разреженного воздуха, а именно — в предгорья Сасуна, в обиталище неупокоенных духов, таких же сумасшедших, как и те, в ком они когда-то жили…

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s