Миссионерство и прозелитизм в армянской традиции

Широко известно, что христианство — миссионерская религия. Эту, казалось бы, самоочевидную вещь легко произнести — но то, что христианство обязано быть миссионерским, в смысле обращения людей в данную религию, далеко не самоочевидно. Более того, если представить себе, что устремленность к прозелитизму является единственным критерием, определяющим христианство, то армянская традиция христианством не является, так как, в армянской традиции, заинтересованность Армянской Церкви в том, чтобы все люди становились армянами, равна нулю. Армянская Церковь абсолютно не ставит цели обращения к своей традиции ни одного человека, не являющегося армянином по происхождению. Исключением, конечно же, являются люди, вступившие в брак с армянами — здесь условия несколько иные, в этом случае, как самый минимум, согласие с армянской традицией обязательно, для того, чтобы дети могли быть армянами и по воспитанию — но эта ситуация является одним из немногих исключений из общего правила. Нормой является то, что когда человек из чужой традиции приходит в армянскую общину, ему говорят — пожалуйста, приходи, слушай, учись — но переходить к нам не нужно, у тебя есть твой народ — будь тем, кто ты есть.

Для остального христианского мира такое положение дел совершенно ненормально. В обычном, неармянском христианстве, как и в исламе, обращение в религию является величайшей заповедью. Если проследить историю всех христианских направлений, то каждое из них, без исключений, занималась тем, что несло «свет человечеству» — а на деле, обращало человечество в свою традицию. Этим широко занимались ассирийцы, обратив в христианство половину Азии, это делали византийцы, обратив в греческое православие половину Европы, этим занимались римо-католики, обратив большую часть мира в латинскую традицию, этим занимаются немецкие протестанты, когда делают из эфиопов лютеран (в Эфиопии очень мощное лютеранское движение), этим занимаются представители англо-саксонского мира, которые повсеместно проповедуют англиканство, методизм, баптизм, и прочие британо-американские верования. Даже страны так называемого «третьего мира» тоже включились в миссионерскую гонку, и проповедуют учения, зародившиеся на их землях — огромное количество латиноамериканских, африканских и афро-американских проповедников распространяют пятидесятничество, харизматство, и другие около-христианские культы, которые лишь отчасти можно назвать имеющими отношение к христианству. Однако, все эти традиции роднит одно — неуёмная миссионерская страсть по отношению к остальному миру.

Страсть эта основана на трех «столпах», которые формируют их мировоззрение.

Первое, это так называемая «теология замещения». Теология замещения учит, что после того, как еврейский народ отказался принимать Иисуса Христа своим Мессией, Бог отвернулся от евреев, и передал право называться «детьми Божьими» христианам. Этим самым христианство отвергает национальный принцип разделения мира, а утверждает интернациональный, говоря, что отныне разницы между «греком и евреем» нет.

Второй столп — это твердая уверенность всех этих традиций в том, что главное в религии — то, как правильно веровать. Именно правильность веры определяет, является ли традиция достаточно «христианской», или же она «еретическая». Мир, согласно этому пониманию, делится на «православных» и «кривославных», которых называют то «инославными», то «братскими», но смысл этого разделения в том, что «православные» — это что-то хорошее, а недославные — или так себе, или же совсем плохо.

Третье положение вытекает из первого и второго — так как право называться «детьми Божьими» передано от еврейского народа всем христианам, а правильно веруют исключительно вот эти конкретные христиане (баптисты, католики, греки, неважно), то возвестить миру спасение должны именно они, а все остальные традиции не в состоянии с этим справиться должным образом. Все люди, которые находятся вне этой традиции, должны войти внутрь её, чтобы обрести долгожданное счастье!

В результате того, что эти три базовых убеждения безоговорочно доминируют, и ещё в древности стали основополагающими для христиан разных толков, весь христианский мир ввергся в противоборство за право быть самыми правильными, и самыми спасительными.

Армянская же традиция категорически отвергает все три этих «основополагающих» правила.

С армянской точки зрения, Всевышний ведет с каждым народом свой, отдельный диалог. Конечно же, Всевышний говорит и на индивидуальном уровне с человеком, и на общемировом уровне со всем миром — но для армянской традиции самым важным является то, что происходит именно на национальном уровне. Для этого подхода существуют серьёзные богословские причины: дело в том, что народ — это не просто какая-то случайная культурная общность, но это соборное выражение определенной идеи, которая отражает частицу Самого Творца. Если народ перестает нести свою идею, выполнять своё предназначение — он просто исчезает с лица земли, и ему быстро находится замена. Поэтому, каждый народ, если он существует, является жизненно важным и для остального мира, без него никакая гармония невозможна в принципе. Это не значит, что все народы одинаковы, или имеют одинаковую ценность для истории, несут одинаковые качества — далеко нет. Но у каждого народа есть своя миссия, и это именно то, для чего этот народ существует. И так как Всевышний ведет диалог со всеми народами без исключения, то, конечно же, и с еврейским народом тоже. Еврейский народ, в этом смысле, вообще является центральным народом человечества, потому, что всё откровение Всевышнего миру идет именно посредством еврейского народа. Тот факт, что Иисус Христос, и все апостолы являются евреями, лишь подтверждает эту мысль. При такой картине мира, ни о какой теории замещения не может быть и речи, потому, что невозможно ничего ничем заместить в принципе, у всего есть своё уникальное предназначение. Есть оно, конечно же, и у армянского народа тоже.

С точки зрения «правильных верований», армянская традиция не столь резка в осуждении этого — конечно же, веровать правильно очень важно. Однако, намного более важный и серьёзный акцент армянской традиции заключается не в том, как веровать, а в том, как правильно исполнять всё, что заповедовал людям Всевышний. Не имеет никакого значения, что именно думает себе человек по любому религиозному вопросу, если то, что он делает, не исходит из порядка, к которому призывает Творец. Например, сейчас, когда я пишу эти строки, на дворе дни Великого поста, и мне вспоминается известный пример «ортопраксии» из истории Армянской Церкви. Когда, во время голода в Ване, католикоса Мкртича Хримяна спросили, можно ли в пост есть рыбу, то он ответил, что главное, чтобы в пост не ели мясо друг друга. Здесь был парафраз Татеваци, и так далее — но важен сам подход: главный вопрос не в том, можно ли технически что-то есть или нет, а главный вопрос, что мы умножаем своими действиями, жизнь или смерть. Армянская традиция всегда, без исключений, на стороне жизни — и в пост, и в других случаях, даже если средством жизни является смерть, как в эпизоде с войной Вардананц, но это немного другая тема.

Разумеется, что если мы не считаем себя «истиной в последней инстанции», и ценим чужие традиции, то у нас нет совершенно никакого желания обращать кого бы то ни было в нашу веру. Нашим свидетельством о Христе должно быть не то, что мы заставим кого-то верить так или иначе, а то, что люди увидят, что вера Христова в армянском народе действительно настоящая, и что это явление позитивное, двигающее армянский народ вперед, и развивающее мир вместе с нами. Мы должны помогать народам развивать всё лучшее, что есть в них, а не делать их нами, и именно это утверждает в отношении других народов армянская традиция. Для того, чтобы это проиллюстрировать, у меня есть один прекрасный пример. Обратите внимание, что в советское время Советский Союз создал письменность для многих народов Сибири и Средней Азии. Письменность — это выражение сущности народа, ведь в  ней даже с точки зрения эстетики проявляется уникальность, особенность как самого языка, так и того, что на этом языке говорится. Советский Союз всем раздавал письменность на основе кириллицы — продолжая традицию Кирилла и Мефодия, которые подарили всем южным славянам унифицированный кириллический алфавит. Кириллица, напомню, является модификацией греческого письма — фактически, это форма существования, так или иначе, греческой культуры. Все западные народы пишут латиницей — казалось бы, народы разные, а графика у них одинаковая. Когда Турция, по воле Ататюрка, с арабского письма переходила на латиницу, то в этом было важнейшее культурное заявление — Турция отрывается от своих общеисламских корней, и интегрируется в западную культуру. Арабы всем покоренным народам раздали арабицу, с которой до сих пор мучаются персы — уж на что народ духовен и высокоразвит, но, будучи в орбите ислама, арабское письмо стало неотделимо от их идентичности. И теперь, рассмотрев эти примеры, давайте посмотрим на то, что сделал Месроп Маштоц, когда его «миссионерский центр» создавал алфавит для армян, грузин и албанцев. Великий армянский гений, при желании, легко мог бы навязать соседним народам армянское письмо — благо, положение Армении относительно и Грузии, и Албании тогда могло такое позволить. Однако, сами основы армянской традиции, которые, наряду с другими выдающимися нашими деятелями, заложил именно Месроп Маштоц, заключаются в не в том, чтобы что-то навязывать, а в том, чтобы видеть в инаковом его уникальность. Когда к Месропу Маштоцу обратились за помощью в создании алфавита, он глубоко исследовал традицию и культуру как Грузии, так и Албании, и создал для этих стран уникальный, отдельный алфавит, который выражал и развивал именно их уникальную сущность.

Именно в этом подходе и заключается принцип армянского миссионерства — мы не обращаем людей в армян, мы помогаем им развиться и продвинуться в том, кем они являются от Всевышнего. Армянское мировоззрение стремится не к захвату мира, не к его порабощению, а наоборот, к проявлению индивидуальности каждой части нашего мира, чтобы была полнее раскрыта ещё одна грань Творца; мы стремимся исправить и улучшить всё то, что можно исправить и улучшить.

Важно отметить и то, что из-за национального характера нашего мировоззрения, во времена, когда армянского государства нет, или оно слабо, наше общенациональное влияние на мир очень незначительно, и тогда в мире доминируют различные имперские идеологии. Но как только у нас появляется наше собственное, армянское государство, как только оно усиливается, то и миссия армянского народа актуализируется на совершенно ином уровне. Тогда наше влияние на мир становится намного более серьезным, нежели территория, которую мы физически занимаем.

Так, вкратце, выглядит армянское мировоззрение в отношении миссии.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s